РИА "Калмыкия" организовало первое большое интервью с Байиром Путеевым, главой Приютненского района. В ходе встречи он рассказал о своем детстве и учебе, первой работе и нынешних достижениях на посту руководителя.

- Ну, вначале о тебе. Расскажи, где ты родился?

- Я родился в 1986 году в поселке Ики-Бурул Ики-Бурульского района. Там же пошел в детский сад, школу. Проучился там до четвертого класса, после которого переехал в поселок Первомайский Приютненского района. Его по старинке называют Ленинский комсомол или Ленком, наше старшее поколение знает его именно так. Отец – чабан-гуртоправ, а мать была дояркой, но, к сожалению, ее не стало. По семейным обстоятельствам с бабушкой переехали в Первомайский, там я учился.

- Далее учился в КГУ?

- Выбор в 2003 году пал на исторический факультет гуманитарного института, о чём ни капельки не жалею. В 2008 году окончил.

- Но сейчас ты не историк?

- Да, судьба очень интересно повернулась. Как окончил вуз, отгуляли выпускной вечер, отметили. Две недели походил в розовых очках с мыслью, что диплом на руках. Думал, что делать дальше. И тут мой дядя хватает меня за шиворот и говорит: «Ты, наверное, всё равно учителем не будешь. Может, пока не получится. Нужно попробовать новую сферу, давай в сельское хозяйство». Сельское хозяйство для меня не чуждо, потому что отец гуртоправ, и детство, и юность у меня проходили на «точке». В любые каникулы и выходные, пока другие ездили на моря, я сидел и работал.


Как говорил отец: «Чтобы ты знал, как деньги зарабатываются». 


- Расскажи подробнее, что ты делал на «точке»?

- Я пас овец, доил коров, мыл полы, убирался. Даже кушать готовил, хотя варить я начал класса с третьего.

- Ты каждое лето проводил именно в селе?

-Нет, жить в селе было счастьем, а я был именно на кошаре.

- А почему кошара – это несчастье?

- Потому что я, как и каждый ребенок, хотел погулять, но приучали к труду.

- В своем детстве ты бы мог назвать свою семью зажиточной?

- Нет, цены были другие, продукция обычно толком ничего не стоила. Все же зависит от количества. Может, есть фермер, у которого 30 коров и 50 овец, а есть тот, у которого тысяча коров и десять тысяч овец, то есть весовые категории разные.

- У вас в семье были свои овцы и коровы?

- Да, конечно, 30 голов коров где-то. В этом то и заключалась проблема, когда у тебя маленькое производство, ты не можешь позволить себе дополнительные рабочие руки, потому что это накладно, это тут же отражалось на бюджете. Поэтому и приходилось работать с детства.

- Когда окончил университет, поступило предложение работать. Согласился?

- Меня особо никто не спрашивал, приехал дядя, приехал отец – сказали «всё»!


В Калмыкии где можно заработать? Это в степи, то есть животноводство или растениеводство. Я всегда уважал мнение старших, у них четко был выстроен план. 


Я начал работать, к тому времени хозяйство закупило современную ресурсосберегающую технику. Один из самых мощнейших тракторов, порядка шестисот лошадиных сил. У нас в республике только начало все это появляться, нужны были кадры, которые будут за всем этим смотреть, управлять, работать. Дали мне там самую низшую должность и сказали: «Ты начни, попробуем, что будет получаться». Я начал работать, и спрос был, многие думали, что всё легко, так как я родственник. Наоборот… в 3-10 раз больше спрашивали – больше приходилось работать, но я привык, в таком духе и воспитывался.

- Это 2008 год. Платили тебе много тогда?

- Нет, меньше семи тысяч платили. Но это первый месяц, проверяли,наверное, а потом всё нормально было. И проработал там восемь лет. Сначала был мастером производственного участка, потихоньку меня учили. Потом перешел на оператора, потом дошел до председателя кооператива. Особенностью было постоянное расширение моих функций,получилось сделать из меня универсального бойца.

Техника иностранная подразумевает то, что она ломается, у нас в России хромает сервис. Это я уже говорю как человек, который там много лет этим занимался. Если какая-то запчасть ломается в период уборки или же  культивации, то каждый день на счету. Важная деталь сломалась, трактор стоит или техника стоит - это скажется в будущемна урожае. Нужно моментально что-то искать: ехать в Ростов, Краснодар или в Москву. Однажды мне пришлось заказывать из Марселя деталь. Такие вещи помогали налаживать связи с крупными компаниями на юге России. 

- Это всё происходило в Приюненском районе?  Просто ощущение, что ты рассказываешь о работе на ферме под Марселем.

-Да, это все происходило в Первомайском. Я чётко тогда стал понимать, что уже начал расширяться кругозор. Из мальчика, который ездил на «точку», и весь мир казался большим и страшным, я увидел крупные хозяйства.


То, что казалось нам в Калмыкии ноу-хау… в других регионах такой техники в хозяйстве 20-30 штук стоит и для них это норма.


Я стал понимать, что с ними тягаться нам бесполезно. Это к тому, что если где-то проблема, то сервисная компания больше внимания уделяет тем, у кого больше транспортных единиц. Что мы сделали? Мы предоставили все условия. Если к нам приезжали, то мы их встречали, предоставляли гостиницу, помогали всячески. Таким образов выстроились очень дружеские отношения с этими компаниями. Однажды был такой знаковый момент: мой дядя поехал на сельскохозяйственную выставку и нас представили иностранцам как ВИП - клиентов, потому мы к их людям относимся хорошо.

– Ты восемь лет проработал в одном предприятии? Какие мысли посещали тебя за это время? Всю жизнь работать там или же всё-таки открыть своё дело?

- Всё это время я постоянно нарабатывал связи в экстренных и экстремальных ситуациях. В 2014 году понял, что надо что-то менять, и в 2016 году принял решение. Сказал своей семье, что люди мы не чужие, но я хочу уйти. Было сказано так: в 60 лет я не хочу сидеть и думать о том, что в 30 лет надо было что-то другое попробовать. Меня поняли, мы разошлись по работе, но всегда поддерживали родственные отношения.

Я начал пробовать сам. Хотел сделать аналог сервисного центра, потому что в этом разбираюсь и понимаю, но небольшие жизненные обстоятельства воспрепятствовали этому процессу. Потом взял "Газель", занимался грузоперевозками. В один момент мне звонит товарищ, представитель ростовской крупной компании, и спрашивает, чем я занимаюсь. Он предложил устроиться к ним на работу. Встретился с их генеральным директором, говорю ему, что мне нужны перспективы саморазвития, я же для этого уходил. Предложили обучение сначала по России, потом за рубежом. В декабре должен был ехать туда, но дома предложили работу в Приютненском муниципальном образовании.


Начал думать, советовался с мудрыми людьми. На что мне один сказал, что уехать можно всегда, не возьмет эта компания, возьмет другая, но тут кто будет?


В итоге с марта 2018 года я вышел на должность главного специалиста по делам молодежи администрации муниципального образования. Проработал там полгода, а с сентября работал уже заместителем главы по социальным вопросам.

- Ты к тому времени уже был женат, у вас двое детей. Как к этому решению отнеслась семья?

- Жена сказала, что будет так, как я скажу. Родные же меня не поняли, но я сказал, что надо попробовать.

- После восьми лет работы в частном секторе, перейдя на госслужбу, чем ты занимался?

- Сложно было поменять свой ход мысли. Что было легко сделать раньше, на госслужбе оказалось тяжелее, но сейчас уже нормально.

- Часто жители обращаются? С какими вопросами?

- Да. У кого-то проблемы с землей, где-то ущемление прав, с вопросами благоустройства тоже обращаются. Люди помогают взглянуть на проблему с другой стороны.

- За семь месяцев, со сколькими предпринимателями удалось переговорить?

 - Со многими предпринимателями, фермерами, инвесторами. У них есть желание развиваться. Малый бизнес же делится пополам. С июня в рамках программы «Декриминализация сельского хозяйства» мы работаем совместно с прокурором и налоговой района с той прослойкой населения, которая никак не регистрирует рабочие места и поголовье своего скота.

На сегодняшний день 75 тысяч поголовья овец числится в районе официально. Пять животноводческих стоянок охватили в Октябрьском, и 6,5 тысяч поголовья также выявили в результате проверки.

- Если 75 тысяч официально, то неофициально сколько?

- Да столько же, но это такая грань.


Ведь понять надо, что мы аграрная республика и люди живут за счет скота. Роль руководителя в том, чтобы найти компромисс с жителями.


- Как реагируют предприниматели на ваши проверки?

- Лично я практически на все проверки ездил, они нормально относятся. Главное, разговаривать с людьми. Единственное, спрашивают: «А почему я? А почему не он?» Отвечаю, мой отец сколько содержит скота, столько и платит, почему он должен платить, а другие нет? После этого люди понимают все, и вопрос исчерпан.

- Многие говорят, что жизнь в районе зависит от главы. Это так?

- В большей степени, да. Важно задать правильный вектор. Во-первых, я всегда понимал, что все начинается в голове. Инструмент для реализации –это аппарат главы. Его нужно выстроить, когда он будет работать как часы, а импульс передастся людям. 

У нас есть улица Пионерская протяженностью 1,3 километра, на ремонт которой заложили средства в размере 18 миллионов. У меня стали возникать вопросы. Предложил своему заместителю пересчитать и дополнить объемы работ возле храма и церкви. После этого стоимость должна была подорожать. А она у нас вышла в размере 12,5 миллионов.

- А как так получилось?

- Не знаю, просто потом тщательно пересчитали смету. Важно, чтобы глава района был заинтересован сделать все экономно и качественно. По результатам торгов сэкономили еще два миллиона. Дорога обошлась в итоге в 10,5 миллионов.

Придя на работу, я сказал, что надо менять психологию.


Не люди слуги администрации, а мы слуги для людей.


Зачем крестьянину ждать месяц справку? Не надо разводить бюрократию. Один наш сотрудник провел анализ с января по июль, и выяснилось, что документооборот вырос в пять раз. Мы стали работать быстрее. У нас также произошло омоложение кадров. Почему я не боюсь им доверять? Потому что мне не побоялись довериться, когда я был молодой. 

- Есть недовольные твоей работой люди?

-Наверное, есть. Мне говорят тоже, это помогает взглянуть на проблемы по-другому. Зачастую люди знают больше, и их нужно слышать.

- Недавно было обращение главы по поводу того чтобы вернуть имя Петра Анацкого проспекту в Элисте. Он же родился в Приютненском. Как жители района это восприняли?

- Мы положительно относимся к этому, у нас есть улица его имени, музей и мемориал в Воробьевке. И старшее поколение одобряет.

- Много людей работает в администрации?

- Около 30 человек, но мы сократили некоторых начальников и заместителей.

- Знаю, что в Приютном нет воды. Как решается этот вопрос?

- В 1970-ых годах здесь был групповой водопровод, но к концу восьмидесятых он прекратил своё существование. Но факт в том, что воды нет, а трубы сгнили.

- Часто говорят о том, что глав сменили, а воды нет. Вот где вода?

- Скажу так. Есть путь решения, им занимается руководство республики и муниципальные образования. Со своей стороны, мы заключили соглашение с МинЖКХ. Правительство республики нам выделяет пять единиц техники, и в конце августа или в сентябре они придут. Это четыре  водовоза и один ассенизатор. Мы их раскидаем по селам, чтобы представители льготных категорий граждан могли заказать воду, часть стоимости которой будет компенсироваться.

- Насколько сильно отличается цена воды?

- Доходило в этом году до 2700 рублей за бочку питьевой воды, но проблема в том, что ее негде было достать и образовывались очереди.

- А скважины есть?

- Мы ими занимаемся. Планируем сделать еще одну артезианскую скважину. Существующая была построена в прошлом году и обошлась в 3,5 миллиона. Пробурили до 200 метров скважину, эту часть села она охватывает. Водовозы подъезжают и развозят людям.

В начале 2000-х годов здесь была установлена осмосная установка очистки воды, но эти технологии подразумевали 50 процентов от очистки – это отходы, которые надо куда-то девать. Процесс был очень дорогой, конечно, вода получалась чистая. Себестоимость очищенной воды от 5 до 10 рублей, возможно, дороже. Как только мы подтвердим, что в Приютном есть техническая вода в достаточном объеме, мы отремонтируем резервуары и по сетям пустим воду. Стоимость для жителей уже будет рассчитывать служба по тарифам.

Отмечу, что к нам приходил инвестор и хотел, чтобы мы продали ему водоканал, но он на балансе Приютненского сельского образования и он стратегически важный объект, мы не можем его продать. Сейчас население спасается водовозами.

В будущем предстоит работа в аграрном секторе.  Также работа с молодежью, которая поработала в разных местах и вернулась домой. Но для того чтобы вернуться нужны все условия, и это наша обязанность. Сейчас поводим интернет в те части района, где его нет.

- Тебе лично, зачем это все?

- Тут все просто. Можно убегать, но это моя родина и я буду лежать там, где лежат мои предки. Это мой дом. 

 

{youtube}HGTq6cvjtug{/youtube}

Интервьюировал: Станислав Рамазанов.